Вестники Перемен

Школа для Вождя 5 гл. 21

Глава 21.

Сокольники жили своей жизнью. Где-то играл  духовой оркестр, где-то трещали короткие взрывы петард, а где-то заливисто и весело лаяли собаки. Парк жил своей жизнью, будучи наполненным человеческими эмоциями, словно густое варенье, в котором накопилось множество разных оттенков фруктовых вкусов.  Эдакое мультиварьенье, в самом центре прекрасной и тёплой Москвы.

 Молодые люди поспешили уйти с места, откуда их выкрали тёмные враги, и шли по душистым и свежим аллеям, словно в первый раз разглядывая эти тенистые уголки. Вдруг на перекрестке двух дорожек они заметили пару, целующихся людей. Это были молодые, почти юные парень и девушка, и, не замечая никого вокруг, самозабвенно целовались.  Родамир покосился на Агалаиду, чтобы не обращать на свой взгляд её внимания, пробормотал себе под нос:

 — Совсем стыд потеряли, сосутся прямо на виду у всех! — Его мысль была грубой, почти циничной, и Агалаида не смогла не ответить:

 — Не сосутся, а целуются, — поправила она и отвела свой взгляд от молодых людей в сторону на цветущие голубые незабудки, росшие целым одеялом вдоль дорожки.

 — Интересно, почему эти цветы называются «Незабудки», — для поддержания разговора спросила Агалаида.

 — Ну, наверное, их трудно забыть, — суховато ответил Родамир. Он всё ещё был зацеплен этой сценой на перекрестке и думал уже совершенно о другом.

 Он думал о том, что столько времени находится в постоянном общении с молодой симпатичной девушкой, а всё ещё не продвинулся ни на шаг к  сближению с ней в интимном порядке.  Агалаида, словно услышала его мысли, вернее она их явно услышала, потому что ответила сразу, не задумываясь, и не растягивая паузу между его мыслью и своим ответом:

 — Потому не сближаемся, потому что у нас разные регистры для общения. Мы с той словно в двух разных октавах живём —  ты в одной, а я в другой!

 Родамир насторожился и переспросил:

 — Как это в разных регистрах?

— Трудно объяснить, если ты не играешь на музыкальном инструменте.  Просто у тебя одна октава, а у меня – другая. Мы только иногда можем с тобой входить в резонансы и то, только на уровне Мысли, а все остальные чакры в наших телах не согласованы для того, чтобы воспроизводить музыкальные гармоничные произведения!

Говоря это она засмеялась, и быстро прошла вперёд, словно маленькая девочка иногда припрыгивая и вертя хвостом густых волос на затылке, как игривая девчушка.

 Родамир, выслушав от неё непонятное объяснение, остановился, и словно остолбенел. Агалаида явно с ним стала заигрывать, а как реагировать на неё, он просто не знал.

 Всё, что касается мужского влечения к ней, казалось ему совершенно неприемлемым к этой девушке, по той причине в их Школе в таинственных мысах все интимные отношения между учениками были запрещены категорически. Да и нужды в них не было ни у кого, поскольку сублимация, то есть переведение на более высокий уровень сексуальных влечений была обычной практикой. Для учеников Мудрости вселенной такая форма использования своей человеческой природы, толкающей к размножению и воспроизведению потомства – было обыкновенным делом. Она шла целиком на развитие силы Мысли, и тогда именно Мысль, вернее — живая Мыслеформа, могла стать тем самым живым существом, которое можно было назвать ребёнком.

 Родамир догнал Агалаиду и хотел было положить на её плечо свою руку, но она быстро вывернулась из-под его движения и строго сказала:

 — Ну вот, ты уже забыл о  воздержанности, о которой нас предупреждал Учитель?

— Да нет, не забыл. Я немного удивился, что ты подаёшь знаки  привлечения мужского внимания, — сердито ответил Родамир.

 — Да не привлекаю я тебя к своей персоне, просто мне стало как то легко и весело, потому я и расслабилась немного, — извинительным тоном произнесла Агалаида.

 — Ладно, проехали, — сердито  добавил Родамир.

 Разговор о любовных утехах и поцелуях между ними  что-то не ладился с самого начала их общения. Родамиру было всё равно, на какой октаве она играет свою женскую мелодию, а ей это было почему-то важно.

 — Давай поговорим на эту тему, настойчиво пригласил к разговору Родамир свою спутницу.

 — Давай, — просто ответила она. —  Что тебя интересует?

— Ну что ты мне наговорила своими октавами и музыкальными понятиями? Я так и не понял.

  Агалаида ответила:

 — Понимаешь, ты рассматриваешь отношения между женщиной и мужчиной по своей – мужской, можно сказать даже примитивной точки зрения. Тебе видится женщина привлекательной и у неё есть очень притягательная сила, которая тебя заводит.  И этого уже достаточно, чтобы ты захотел эту женщину обнять, поцеловать, прижать, … и уложить с собой в постель….  Агалаида почти точно описала все его желания и только не коснулась самого главного его желания, о котором, он надеялся, что промолчит. Но не так-то было:

 — Самое важное для вас – мужчин, это войти  в женщину и, получив удовольствие, вплеснуть в неё свою мужскую суть, которая и есть сгусток животворной энергии, позволяющей себе проникнуть ещё дальше, в самую глубину женской сущности, чтобы найти себе там живоносную основу — глубинную потенциальную Мать, для зарождения нового человека.

 Родамир покраснел до ушей и вовсе не собирался возражать Агалаиде. Просто согласился с её доводами и удивился, что так красиво можно было сказать о том, что испытает мужчина, видя приятную во всех смыслах ему женщину.

 Агалаида продолжала:

 —  Это и есть принцип зарождения будущего человека. Но я сейчас не об этом хочу сказать. Ведь сам процесс зарождения человека на Земле сейчас одинаковый для всех людей. Все женщины в мире, к твоему сведению, зарождают, вынашивают и рожают своих детей, а мужчины их зачинают своим неудержимым половым влечением, только по уровню Лунных циклов!

 — Ну и что тут плохого? – Недоуменно переспросил Родамир.

 — Просто Лунные циклы на Земле имеют очень приземлённый и коротко срочный режим! Всего лишь 28 дней!

 — А причем тут это?- Недоуменно переспросил Родамир.

 — А притом, что 28 дневный Лунный цикл является далеко отстранённым от Человека циклом. Он относится к животным, но никак не к человеку! – Спокойно ответила Агалаида.

 — Интересно. Все люди на Земле рождаются в Лунных циклах, а тебе это не нравится? Подумаешь, какая …цаца. – Последнее слово Родамир выдумал, чтобы побольнее царапнуть Агалаиду. А то, какая умная, учит всё человечество, какими циклами руководствоваться  при зачатии детей. Да и о  детях вообще-то рано говорить, даже  если простые половые притязания мужчин она возводит в какой-то животный режим, 28 дней Лунного цикла.

 — Да не у мужчин тот цикл важен. Это женщины свои критические дни вымеряют в лунном цикле, а мужикам всё равно, — с напущенным равнодушием добавил Родамир.

 — Правильно! И женщины, и мужчины, которые вступают в близкие отношения, непременно подчиняются именно Лунным циклам! Ведь женщина с критическими днями не подпускает к себе мужчину, а значит, и он невольно включен в эти циклы.

— Если только не изменяет. – Вдруг  решил проявить свою вредность Родамир.

— К твоему сведению, женщины, живущие в одной местности, вольно или невольно, но включаются в единый цикл овуляции или месячных. И часто получается так, что мужчине даже и не с кем изменить…- Насмешливо ответила Агалаида.

 — Странно, что ты вообще на эту тему завела разговор, — ворчливо пробубнил Родамир.

 — А как же нам не заговорить об этом, когда ты весь загорелся, глядя на влюбленную пару, которая целовалась у всех на виду. Ты просто невольно  вошел в это событие своей мужской природой и в тебе, да и во мне тоже, пробудились наши инстинкты. — Агалаида потупила глаза, словно смущённая девушка.

 Родамир воспрял и приосанился:

 — Ну вот, и тебе, значит, не чужды нормальные человеческие инстинкты!- С похвалой в голосе сказал Родамир.

 Ему бы не мешало и немного надежды в свой голос добавить. Но он не решился. Кто её знает, эту Агалаиду, что она ответит. А так вроде бы надежда на более близкие отношения у него пока никуда не делась, и разговор можно продолжать.

 — Знаешь, эта тема имеет длинное продолжение. Её надо нам развивать постепенно, чтобы не упасть в банальную постель, и полностью лишить себя настоящих, правильных чувств, которые действительно свойственны для Людей.  К сожалению, мало кто на Земле из человеческого общества знает, какие именно должны быть отношения у мужчин и женщин, потому что им навязаны только животные инстинкты, как Лунная данность, а Солнечные и даже Галактические чувства и циклы им совершенно неведомы.

 Родамир остолбенел. Он остановился, словно обо что-то споткнулся. Словно какая-то стена выросла перед ним. Агалаиде пришлось остановиться тоже, чтобы не потерять собеседника из виду.

 — Ты хочешь сказать, что все люди на Земле размножаются не правильно? И любовью они тоже занимаются не правильно? И детей воспитывают. И жизнь устраивают…, и живут не правильно?

 Родамир крутил глазами и выбирал из поля зрения разные объекты и пытался направиться на какие-то иные темы, но пока его воображения хватило только на то, что он уже сказал:

 — Ты сама-то в уме?  Разве можно обличить целое человечество в том, что оно размножается не правильно?

 — Ну, предположим, никто не собирается обличать земное человечество, но рассказать ему – этому человечеству, что оно не просто обмануто, а обмануто смертельно, надо обязательно. У людей должен быть выбор между погибелью и Вечной Жизнью, а такого выбора у него просто нет!

 Агалаида была явно настроена совершенно серьёзно, и для Родамира она открылась с совершенно иной стороны.

— Аглая, мне страшно за тебя! – Опустошённо проговорил Родамир. — Нам надо обо всем этом поговорить и прояснить эту тему, а без участия Учителя, думаю, совершенно невозможно.

—  Давай мы специально посвятим время для этого разговора – ответила Агалаида.

— Нет, давай сейчас ты мне ответишь на вопрос. – Настаивал Родамир.

 -И какой у тебя вопрос? – Примирительно спросила Агалаида.

 — Ты что умеешь жить по другим циклам? В отличие от всех остальных людей, которые живут не более 75-90 лет?  У тебя есть Солнечный цикл? Или может быть даже галактический?

 — Ничего себе, сколько ты вопросов задал. — Улыбнулась Агалаида. И продолжила:

 — А говорил, что один у тебя вопрос. Да, я живу в другой октаве Света, а ты живешь на Лунной. Вот и вся разница между нами.

—  А какова твоя октава? – Изменившимся голосом переспросил Родамир.

 — Вот об этом и нужен вразумительный разговор,- ответила Агалаида.

 — А ты не забудешь, что нам надо вернуться к нему? – Вновь ревниво и даже с легким  подозрением переспросил Родамир.

— Да ты ведь и не дашь мне забыть об этом разговоре, — уже во всю улыбаясь, ответила Агалаида.

 Они уже выходили из парка и направлялись к своему дому, где снимали общую квартиру.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Shopping Cart